В моей френдленте снова вспомнили историю двухнедельной давности. Сейчас она обрела новую актуальность: кое в чем она рифмуется с «письмом ветеранов» по поводу антисоветской шашлычной (и с тем, что за этим письмом последовало), а кое в чем проливает дополнительный свет на недавние события. Поэтому, на мой взгляд, она заслуживает более пристального внимания и более детального разбора.

Итак, напомню: 10 сентября 2009 года группа сотрудников и выпускников Московского университета (преимущественно - хотя не исключительно - связанных с филологическим факультетом) обратилась со страниц газеты «Советская (никаких писем протеста, между прочим!) Россия» к некогда популярному актеру, а ныне Депутату Московской городской думы Н. Н. Губенко с письмом в защиту достоинства народа.

В письме выражалось возмущение творчеством писателя Виктора Ерофеева – в частности, его сочинением «Энциклопедия русской души» (NB: первое издание – 1999, третье – 2005; вроде бы не очень актуально, правда?) - и предлагалось применить к сочинителю надлежащие меры воздействия:

Означенный текст В.Ерофеева переполнен кощунственными высказываниями в отношении русской культуры, истории, литературы, русского народа, оскорбляющими честь и достоинство русских...

Считаем, что сочинение В. Ерофеева возбуждает межнациональную рознь и русофобию, активно способствует распространению негативного отношения к русским среди других народов, а также нивелирует духовные и материальные ценности нашей культуры, разрушает великий русский язык, оскорбляет общественную нравственность и мораль. Совершенно очевидно, что книга носит ярко выраженный экстремистский характер и должна быть изъята из обращения, а автор должен ответить перед законом в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Депутат Московской Городской думы, народный артист России Н.Н. Губенко поспешил откликнуться (настолько поспешил, что текст отклика появился в электрическом интернете ДО официального обнародования письма):

Что можно ответить на такое письмо, написанное достойнейшими, просвещеннейшими людьми нашего Отечества, хранителями нашего языка и культурного наследия?...

Главное, чего удалось добиться врагам русской культуры, — переманить часть художественной интеллигенции. Её соблазнили изменить главные идеалы и смыслы, которые она несла людям в своих стихах, песнях, образах...

Что касается сочинений Виктора Ерофеева, то он вполне заслуживает того, чтобы быть привлеченным к ответственности, а его тексты – изъяты из обращения. Я думаю, ему вполне можно инкриминировать разжигание межнациональной розни и распространение русофобии. Эксперты считают, что в текстах Ерофеева есть прямые параллели с высказываниями идеологов нацизма Гиммлера и Розенберга...

Я верю, что мы с вами, уважаемые профессора и преподаватели Московского государственного Университета, не одиноки. Что есть люди, готовые встать на защиту национального достоинства русского народа.
___________________________________

Среди «достойнейших и просвещеннейших» обнаружилось немало персон, которые преподавали в МГУ еще в ту пору, когда я был студентом означенного учебного заведения (о многих из них есть что вспомнить, но не хочу обременять рассказ подробностями). Немало ярких фигур оказалось и среди выпускников МГУ, присоединившихся к учителям. Пожалуй, одна из самых ярких – протоиерей Артемий Владимиров, знаменитый проповедник, катехизатор, автор нравоучительных сказочек и по совместительству -- заместитель декана факультета Православной культуры Академии ракетных войск стратегического назначения (специально вам подарок, luybu!).

Список подписантов в газете «Советская Россия» открывает М.Л.РЕМНЕВА, декан филологического ф-та, зав. кафедрой русского языка, профессор, д-р филологических наук. Однако уже 14 сентября последовало отмежевание Марины Леонтьевны от выступления коллег. В «блоге декана» появилась видеозапись беседы с М. Л. Ремневой. Марина Леонтьевна начала с заявления: «Я вообще не считаю себя подписавшей это письмо», а в конце беседы вновь повторила исходный тезис: «Во многом соглашаясь с авторами... я, тем не менее, должна сказать, что текста я этого не видела - и поэтому моя подпись недействительна».

М. Л. Ремнева, не только сохранившая, но и укрепившая свои позиции на филфаке (и в МГУ в целом) в самые бурные годы постсоветской истории, известна своим исключительным чутьем и исключительной осторожностью. Поэтому появление ее подписи под письмом, равно как и стремительный отказ от этой подписи, трудно счесть случайностью. Попытаемся понять, что же произошло.
________________________________________

Началось история 3 марта 2009 года. В этот день трое активистов ДПНИ представили в прокуратуру г. Москвы заявление от лица «группы граждан» с просьбой возбудить уголовное дело против русофоба Виктора Ерофеева по статье ст. 282 ч. 1 УК РФ, о чем один из троих инициаторов (headshotboy) и сообщил в своем журнале ( "Отправим русофоба за решетку!"). Участники исторической акции даже запечатлели себя для Истории у входа в здание Прокуратуры («Сдав документ, мы решили сфотографироваться на память») - в настоящий момент фотография из постинга удалена.

Близость (даже в деталях) «письма профессоров» МГУ и заявления «группы граждан» не случайна. 12 сентября тот же headshotboy торжественно известил соратников о письме «преподавателей МГУ и священников», полностью воспроизвел его текст и завершил свое сообщение так:

"Давить" этого гада Ерофеева будем до конца.
Не важно с чьей помощью.

Так постинг от 12 сентября заканчивается сейчас. Однако изначально он заканчивался по-другому. Благодаря техническому прогрессу вообще и Гуглу в частности мы имеем возможность прочесть оригинальную версию текста. Вот она:

"Давить" этого гада Ерофеева будем до конца.
Не важно с чьей помощью.
Хочется отметить, что данное письмо с подписями авторитетных филологов - заслуга к.ф.н. Натальи Викторовны Масленниковой, помогавшей нам с экспертизой по делу. Мало того, что мы получили столь необходимые нам консультации совершенно бесплатно, так еще и приобрели деятельного союзника. Подпись декана филфака МГУ - это веский аргумент, согласитесь.



К. ф. н. Наталья Викторовна Масленникова, один из подписантов обращения к народному депутату Н. Губенко, прославилась вовсе не на академическом поприще. Прославилась она как темпераментный публицист "патриотического направления" и как "автор и руководитель духовно-просветительской, научно-методической программы Сергиевские чтения". Эти чтения (беседы на уровне церковноприходской школы, с «православно-милитаристическим» уклоном; отец Артемий там, конечно, у места) много лет устраиваются в МГУ с завидной регулярностью. Видимо, «так надо».

Как следует из сообщения headshotboy, Н. В. Масленникова не только бескорыстно помогла ДПНИшникам с «экспертизой по делу», но и организовала письмо преподавателей и сочувствующих (половина подписей под письмом – это люди, связанные с ее «Чтениями»), в том числе заполучила ценную подпись декана филологического факультета... Судя по всему, иск «группы граждан» застопорился в прокуратуре – понадобился второй тур. Его и должно было открыть "письмо професоров и священников". В основу письма – как опять же следует из признания headshotboy да и из простого сличения текстов - было положено заявление ДПНИ. К обвинениям в русофобии - в соотвествии с профилем филфака - были добавлены обвинения в «разрушении великого русского языка».

В дополнение к коллективному письму (за день до его публикации!) на патриотическом сайте появилась авторская статья Н. Масленниковой «Блёклая болезнь: О тексте В. Ерофеева «Энциклопедия русской души» ( в памятном жанре «Долой вражеский сорняк из советского русского огорода!»). Заканчивалась статья многообещающе:

А что думают на этот счёт знатоки Уголовного кодекса и другие блюстители общественной нравственностив России, мы скоро узнаем.

Но и на этом неутомимая Наталья Викторовна не остановилась. Уже после публикации письма появился новый текст по теме – беседа Н. В. Масленниковой с проф. Г. А. Богатовой-Трубачевой (тоже из подписантов): «Про «Энциклопедию русской души» Вик. Ерофеева, про русский язык и русскую мысль». Беседа длинная, в двух частях (часть первая -- здесь; часть вторая -- здесь). Местами диалог живо напоминает разговор дамы просто приятной и дамы, приятной во всех отношениях. Но, конечно, с поправкой на изменившийся культурно-исторический контекст:

- Вы знаете, Н. В., на мой взгляд, подобная писанина — это самая настоящая антигосударственная диверсия...
- Да, Г. А., Вы верно это подметили.

Беседа двух душевнобольных патриотически воодушевленных женщин должна быть прочитана вся, от начала до конца - пересказать ее «своими словами» невозможно. Но, даже размышляя о свойствах евреев или защищая Помазанника Божия Иоанна Грозного от гнусных наветов, Н. В. ни на минуту не упускает из виду главного: грядущего суда над русофобом Ерофеевым, а в его лице – над всеми врагами Русского Народа. Поэтому она не только разоблачает злодея, но и превентивно обезоруживает коварных адвокатов (видимо, маловеры указали ей на «слабое место» обвинения). Для удара она мобилизует всю мощь своего филологического образования:

«Надеемся, что за это перед законом придётся отвечать автору. Но и защитники у него, конечно, тоже есть. Они гундят, мол, это не автор, это его герои говорят… Но в таких произведениях, по законам литературы (!), обычно герой психологически тождественен, равен автору, даже если события суть плод его буйной фантазии».

Бац - и все яйца казуистические доводы разбиты. Сразу видно, что человек учился не где-нибудь, а на филфаке МГУ!..

В беседе появляется и такой любопытный пассаж:

В связи с этим в памяти всплывают «перлы» идеологов гитлеровского фашизма. Ну, скажем, Гиммлера: «Русский народ должен быть истреблён на поле битвы или же поодиночке. Он должен истечь кровью» (Википедия, Интернет)».

Ср. с этим ответ депутата Н. Н. Губенко товарищам из МГУ:

Эксперты считают (!), что в текстах Ерофеева есть прямые параллели с высказываниями идеологов нацизма Гиммлера и Розенберга.

О том, что Н. В. Масленникова приложила свою руку не только к письму трудящихся, но и к ответу депутата, можно было догадаться изначально. Теперь же и сомнений никаких не осталось...

А дальше... А дальше случились два прокола. Причем первый - еще до того, как headshotboy начал бахвалиться связями ДПНИ на филфаке.

В ряду подписантов (вероятно, по инициативе Н. В. Масленниковой) появилась неординарная личность: Татьяна Леонидовна Миронова, главный научный сотрудник Российской государственной библиотеки, доктор филологических наук, член СП России.

В письме, видимо, не хватило места на перечисление всех регалий Татьяны Мироновой и всех ее заслуг перед Россией и Русскими. Не указано, в частности, что она не только член СП России, но и член Главного Совета Союза Русского Народа. Не указано, что она жена и соратница легендарного Бориса Миронова и, соответственно, мать и наставница молодого, но тоже легендарного Ивана Миронова. Не указано, наконец, что и сама Татьяна Леонидовна, руководитель избирательной кампании полковника Квачкова и автор пронзительной книги про план Путина-Медведева – живая легенда.

Конечно, ни ДПНИ, ни семейство Мироновых для властей не представляет реальной опасности. Деятельность этих структур и лиц мониторится и контролируется. Но не пресекается. Борцы за русское дело нужны. Нужны для разных целей. Скажем, чтобы канализировать деструктивную («протестную») энергию. Чтобы устрашать «фашистской альтернативой». Да мало ли для чего еще!.. Может быть, кое-кому в верхах (там ведь тоже имеются славные русские люди, правда!) эти ребята просто лично симпатичны. Но официально они все же считаются «врагами режима». Радикальной правой оппозицией, так сказать... С ними как бы «борются»...

Так вот. Благодаря усердию не по разуму к. ф. н. Масленниковой и ее единомышленников вдруг обнаружилась близкая и самая непосредственная связь между «достойнейшими, просвещеннейшими людьми нашего Отечества» и «врагами режима»... И выяснилось, что «люди, готовые встать на защиту национального достоинства русского народа» вместе с профессорами и преподавателями МГУ (из ответа Н. Губенко «достойнейшим и просвещеннейшим») – это всего лишь ДПНИшники...

То, что многопытная Марина Леонтьевна Ремнева подписала «письмо против русофоба» или дала согласие на проставление своей подписи под письмом, полного текста которого она не видела (этому ее заявлению я, кстати, склонен верить), может свидетельствовать об одном: ей дали понять, что идея подобного письма не встречает возражения в «инстанциях»... «Кампания против русофоба» и не должна была встретить принципиальных возражений, особенно когда перешла с дэпэнэшной на эмгэушную стадию. Нынче всякое добро может пригодиться...

Но - «не уследили»!.. И дело обернулась конфузом.

Впрочем, закончилось все хорошо, как и должно было закончиться в наше гуманное время. Мужественному патриоту повелели всего лишь заткнуться убрать информацию, компрометирующую «достойнейших и просвещеннейших». А Марине Леонтьевне Ремневой пришлось пережить всего лишь каких-то девять неприятных минут перед камерой... Но никого же не расстреляли, не посадили. Правда ведь? Глядишь, и с В. Ерофеевым все будет в порядке... А что еще нужно?